…Атмосфера в редакции  особая. И случаются забавные ситуации, о которых впоследствии нередко вспоминают. Как-то в редакцию прорывается возмущенный автор, которого не желают печатать. Он устраивает громкий скандал и требует встречи с главным редактором - Кузнецовым. На шум из своего кабинета выходит Эдик и спрашивает, в чем дело. «Я требую встречи с Кузнецовым. Где он?» - «А х..й его знает», - пожимает плечами Кузнецов и скрывается в своем кабинете. 

Эдуард Кузнецов: "За моей спиной он писал статьи в конкурирующую газету. И когда на этом его поймали, владелец корпорации «Едиот Ахронот» сказал мне: «Гони его в шею». Я ответил: «Разберусь я с ним, талантливый мужик, жалко его терять».

Антон Носик: вот этот Иерусалим — среда обитания, которая никакого отношения к левосоциалистическому Тель-Авиву явно не имеет. Это было через пару лет после начала Первой интифады, люди из Тель-Авива в Иерусалим в ту пору вообще не ездили, не позволяли себе ступить на «незаконно оккупированные палестинские территории». А я посмотрел на Иерусалим без всей этой троцкистской шелухи — и увидел совершенно другое: 3000 лет нашей истории, среди которой нормально живут нормальные лю

26-летний Аркан Карив (Аркадий Юрьевич Карабчиевский) приехал из Москвы в Иерусалим в 1989 году, до начала массовой репатриации, вошедшей в историю нашей маленькой страны под кодовым (аж с двумя заглавными буквами) названием «Большая Алия». СССР еще не был бывшим, но glastost and perestroika уже восхищали и обнадеживали свободный Запад. Казалось бы – вот он, шанс на светлое (капиталистическое) будущее в родной Москве, буквально на глазах менявшей облик и суть. Но нет.

Лариса Казакевич: "И вот он появился у нас в редакции. Поставил ногу на стул и произнес речь. Сказал, что на улице бродят толпы "русских" и поэтому мы должны быть благодарны ему за ту работу, которую он нам предоставляет. После этого его выступления я сказала, что на главу газетного концерна он не тянет, его предел – владелец фалафельной".