Кузнецов: "Я предпочел тюрьму"

16 декабря 1970 года в зале заседаний Ленинградского городского суда продолжился допрос Эдуарда Кузнецова.

Эдуард Кузнецов. Фото из семейного альбома Михаила Герштейна

ПРОКУРОР: За что вас отправили в тюрьму?

КУЗНЕЦОВ: За отказ от работы. Там же написано...

ПРОКУРОР: Значит, вы не хотели работать?

КУЗНЕЦОВ: Я просто хотел поехать в тюрьму.

ПРОКУРОР: Чтобы только не работать?

КУЗНЕЦОВ: Да. Как ранее меня Мурженко и Федоров, я предпочел тюрьму, лишь бы иметь хоть сколько-то времени для книг.

ПРОКУРОР: Ах, вот как! И вы говорите, что исправились!

КУЗНЕЦОВ (возмущенно): Я этого никогда не говорил! Мне незачем исправляться - в вашем понимании, разумеется.

ПРОКУРОР: Так правильно вас судили в 1962 г. или нет? Как советского гражданина, совершившего тяжкое преступление, особо опасное государственное преступление! Да или нет?

КУЗНЕЦОВ (тихо): Нет.

ПРОКУРОР: Значит, - да!

КУЗНЕЦОВ: Нет.

ПРОКУРОР: Что же, и то хорошо, что признаете...

КУЗНЕЦОВ (повысив голос почти до крика): Я сказал нет!

ПРОКУРОР: Ах, нет? Так вы так и говорите. Оказавшись в Швеции, вы собирались выступить на пресс-конференции, как показал Бутман во время предварительного следствия. Правильно он показал?

КУЗНЕЦОВ: Я не помню таких показаний. Их просто нет. Поведение за границей нами не обговаривалось.

ПРОКУРОР: Однако вы ведь не отрицаете, что у вас антисоветские взгляды?

КУЗНЕЦОВ: Свои взгляды я изложил. Можете считать их антисоветскими, хотя сам я их квалифицирую иначе.

ПРОКУРОР: Во время следствия вы заявили, что не считаете себя советским гражданином. Так это?

КУЗНЕЦОВ: Я сказал, что являюсь советским гражданином лишь формально.

ПРОКУРОР: Вам приходилось читать сионистскую литературу?

КУЗНЕЦОВ: В вашем понимании сионизма - нет.

ПРОКУРОР: Существует только одно понимание сионизма - марксистско-ленинское.

КУЗНЕЦОВ: Слышали уже - всемирная власть, орудие империализма... Вы делаете из сионизма жупел, которым пугаете московских купчих всех гильдий.

ПРОКУРОР: Оставим это. Так. Говоря о захвате самолета, вы сравнили его с угоном машины. Машина - это не самолет. Машину можно перегнать с одной улицы на другую, а на самолете ведь с улицы на улицу не перелетишь.

КУЗНЕЦОВ (после долгого оторопелого молчания): Почему? Можно… На вертолете, например.

ПРОКУРОР: На вертолете, но не самолете!

КУЗНЕЦОВ: А вертолет – это что?

ПРОКУРОР: Не самолет.

"Антиеврейские процессы в Советском Союзе (1969-1970)". Изд. Еврейский университет в Иерусалиме - Центр по исследованию и документации восточно-европейского еврейства

Начало ЗДЕСЬ

Продолжение ЗДЕСЬ